Апрель 2021

А

Иногда, листая ФБ ленту, вдруг натыкаюсь на вопрос в какй-нибудь родительской группе. Хотя вопрос совсем мне не близок, я зачем-то начинаю читать комментарии: смотрю на людей, их мысли, убеждения, настроения.

Внимание выхватывает строчки, от которых сердце начинает говорить со мной раньше, чем я осознаю смысл: “У нас так же, племянница живет со мной, мать давно в другой семье с новым ребенком…”

Мой мир перестает быть узким, сложенным из наших будничных переживаний, он становится больше на одну семью : где-то в этом мире живет девочка, которую мама не хочет. Она ходит в школу, смеется с друзьями на переменках, смотрит мультики, не хочет чистить перед сном зубы и сладкое любит больше, чем овощной суп.

Я откладываю телефон и смотрю в темноту детской спальни, где дети уже давно уснули, а я все сижу — мое сердце ширится, пытаясь охватить всех, кому больно. Это случается со мной с самого детства: я лежала перед сном и думала, что в эту самую минуту кому-то грустно, кто-то не спит, кто-то плачет. Взрослея, я стала думать о тех, кто сейчас умирает, рождается, занимается любовью или, наоборот, тоскует в одиночестве.

Мне не близка идея о том, что чужая боль обесценивает мою — посмотри, как людям тяжело, а у тебя совсем ерунда. Я чувствую, как боль способна объединять: мы будто становимся в большой круг, и в центр складываем свои страхи и тревоги. И тогда я отчетливо вижу, что если всем вместе достаточно долго и внимательно смотреть на эту боль, то от такого простого действия она расстворится.

И нам ничего в этом мире не останется, кроме любви.

About the author

Валерия Гумуш
By Валерия Гумуш

Валерия Гумуш

Get in touch

Quickly communicate covalent niche markets for maintainable sources. Collaboratively harness resource sucking experiences whereas cost effective meta-services.